Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Варяги, Русь

230. Мистификации норманизма - 400 лет

В продолжение темы о причинах возникновения норманизма и чьи политические интересы он отстаивает выкладываю еще одну статью, которую мне любезно предоставил крупнейший знакок норманистических споров в России и историографии варяжского вопроса доктор исторических наук, профессор,
заведующий кафедрой отечественной истории Липецкого государственного педагогического университета Вячеслав Васильевич Фомин:

https://www.dropbox.com/s/fr26wrm0cix0sfo/%D0%9F%D0%B5%D1%82%D1%80%D0%B5%D0%B9.doc?dl=0
Варяги, Русь

206 Новые раскопки в Новгороде

Нашел статью в инете о недавних раскопках в Новгороде.
http://historicaldis.ru/blog/43342430750/Na-meste-buduschego-stroitelstva-v-Novgorode-arheologi-sobrali-b?utm_campaign=transit&utm_source=main&utm_medium=page_0&domain=mirtesen.ru&paid=1&pad=1
Бросается в глаза перечень найденых монет:
"Среди обнаруженных во время раскопок монет есть арабский серебряный дирхем IX века, шесть серебряных монет XI века из северной Германии, но самой важной находкой стала половинка византийского золотого солида, отчеканенного при правлении императора Романа III (1028–1034)".
Как видим, основная масса монет приходится на варяжские торговые центры южнобалтийских славян, через которые и поступали германские монеты на Русь.
Ну а скандинавы ...опять не сложилось.
Варяги, Русь

203 Стариград вагров

Приблизительно в 50 км севернее современного Любека находился старинный город вагров Стариград. Возможно как противоположность ему возник Новгород, в котором как указывает летописец жили люди "от рода варяжска".
Город Стариград появился приблизительно в начале VII века и просуществовал около 600 лет.
Сейчас возле старинного городища  находится маленький уютный немецкий городок Ольденбург, если эту деревню вообще можно назвать городом.


От самого Стариграда остались только остатки валов, окружавших город. По ним можно представить, каким был по площади город. Никаких остатков строений на поверхности не осталось.
Согласно реконструкции археологов и форме валов город имел овальную форму с главными и похоже единственными  воротами, расположенными в этом месте:


Сам Стариград занимал вот это поле, где немцы(или потомки вагров, тут уж не разберешь) регулярно стригут газон:
.
Размер городища на глаз приблизительно 100-150 м в ширину и 200-300 м в длину.

Вид на место где стояли ворота с вала:

Высота вала приблизительно такая же как высота Змиевых валов под Киевом.
Недалеко от старинного городища на озере находится этнографический музей, посвященный ваграм.

Здесь реконструированы различные типы жилищ простых общинников, языческое капище на островке и ангар с ладьями.
Характерным для вагров было отсутствие срубных домов.








Ангар для хранения ладей:

Общий вид реконструированного поселка:


Реконструирован также большой дом столбовой конструкции, с очагом в центре, где должны были собираться мужчины или воины и старейшины на совет:





Разглагольствования археологов-норманистов о том, что в Ладоге якобы найдены типичные скандинавские вики, такая же сказка, как и все остальные их домыслы.
Варяги, Русь

184. Статья Белецкого С.В. «Некоторые итоги археологического изучения Псковского городища»

Для исследования варяжского вопроса представляет интерес  статья известного археолога Белецкого Сергея Васильевича, ведущего научного сотрудника Отдела славяно-финской археологии ИИМК РАН, доктора исторических наук, профессора, многие годы занимавшегося археологией Пскова и Псковщины. Статья расположена на сайте:
http://arheologi.livejournal.com/39131.html
Статья интересна тем, что в ней автор приводит  пять культурно-хронологических периодов жизни раннего Пскова.
«Относительная хронология выявленных типов построек и соотношение их с керамическими наборами позволили выявить пять культурно-хронологических периодов в жизни Псковского городища. Хронология этих периодов установлена типологическим анализом находок, дающих серии более или менее твердых дат:»

домостроительство керамика датировка период

       тип 3
группа 6 XI – XV вв. Псков Г - II
группа 5 к. X – нач. XI Псков Г - I
группа 4 к. IX - X вв.
       тип 2 группа 3 к. VII – IX вв. Псков В
       тип 1 группа 2 VI - VII вв. Псков Б
          - группа 1 перв. пол. I тыс. н. э. Псков А
Нас, естественно, интересует больше всего период конца IX, начала X в., время призвания Рюрика. Этот период Белецкий обозначает, как Псков Г-I, и дает такое описание:
«Псков Г-I своим происхождением сближается с соседним Изборском, для которого в VII - IX вв.    характерна керамика    суковского   типа и аналогичное псковскому домостроительство. Оба поселения не находят себе в Повеличье и Причудье соответствия, но по облику материальной культуры связываются с древностями междуречья Нижней Вислы и Одера».

Как видим, и Псков данного периода и соответствующее городище в Изборске, где сидел Трувор, автор сближает с культурой южнобалтийских славян в междуречье Нижней Вислы и Одера, а не скандинавов. 
Варяги, Русь

162. Не тот Хольмгард

Уже давно в научной литературе обращалось внимание на то, что скандинавское название Новгорода, имеет довольно странное значение в переводе. Хольмгард переводится как «островной город» или «город на острове». Но, как известно, Новгород не стоит на острове, и даже не на полуострове, и такое название выглядит несколько странно. Выдвигались разные концепции, объяснения этого названия. Искались различные топонимы возле Новгорода, которые бы могли соответствовать этому названию. Е.А. Рыдзевская и Т. Н. Джаксон выдвинули теорию о том, что Хольмгард – это искаженная передача славянского названия Холм-город. Но эта концепция выглядит абсолютно надумано. Нет ни одного свидетельства о том, что Новгород или какая-то его часть называлась Холм-город. Норманистки ссылаются на то, что вторая часть слова Хольмгард происходит от славянского слова, и что сочетание скандинавского «Хольм» и славянского «град» в скандинавском невозможно. Но как тогда объяснить название прародины скандинавов Асгард? Неужели это тоже славянское название?
Представляется наиболее убедительной версия, согласно которой название было перенесено вместе с переселенцами с какого-то острова. Так как летописи подчеркивают, что новгороднцы были от рода варяжского, то и искать нужно этот остров на Балтике, откуда прибыли варяги на Русь.
Здесь просто напрашивается остров Рюген. Там были большие славянские города, Это действительно остров. Славян с острова Рюген называли ругами или рутенами. Это же название было перенесено и на Русь западноевропейскими хронистами.
Подтверждением того, что название было перенесено с другой территории, служит тот факт, что скандинавские саги не всегда под Хольмгардом имеют в виду Новгород.
В частности «сага о Фарерцах» есть два эпизода, в которых упоминается Хольмгард. В 18 главе рассказывается, о походе Сигмунда, сына Брестира(966-1002) на Балтику. Он состоялся около 985 года.
Здесь также указывается на то, что для таких походов использовалось только летнее время.
«Сигмунд и его люди снаряжаются в путь; собравшись, они отплывают на восток в Вик, а оттуда в Данию, проходят пролив Эйрарсунд и все лете плавают в Восточном Море. Ему выпадает немного добычи. Из-за своей малочисленности он нигде не решается оставаться подолгу; торговых людей он однако, не трогает. К концу лета он отплывает с востока и пристает у островов возле устья Широкой Реки; там все время роятся викинги. Вот корабли стали в заливе напротив одного островка, и Сигмунд решает осмотреться и сходит на сушу. Он видит, что на другом берегу острова стоят пять кораблей, и один из них — дракон.» (Сага о Фарерцах, 18). Под устьем Широкой Реки понимается обычно устье Эльбы. Сигмунд решает напасть на викингов.
«А наутро, когда они уже выстроились поперек залива, к ним на веслах подходят викинги на пяти кораблях. На носу дракона стоит человек высокого роста и мужественного вида, он спрашивает, кто здесь предводитель. Сигмунд назвал себя и спросил его об имени. Тот сказал, что зовут его Рандвер, и родом он с востока из Хольмгарда;» (Сага о Фарерцах, 18). Здесь Рандвар указывает, что он родом из Хольмгарда. Под Хольмгардом вряд ли понимается Новгород. Викингские походы в Северное море, к устью Эльбы новгородцы не совершали. Зато рутены с острова Рюген имели боевые корабли и занимались, как и скандинавы, разбоем на Балтике и могли выходить в Северное море. Кроме того, как я уже показал в других статьях, под викингами саги понимали именно морских разбойников, без всякой этнической окраски.
Второй эпизод, который идет чуть ниже в саге еще больше подтверждает мысль о том, что под Хольмгардом имеется в виду не Новгород.  Здесь, после захвата большой добычи в Швеции (986 г.), Сигмунд отправляется непосредственно к Хольмгарду. Имеется в виду все тот же географический объект. Автор не делает никаких дополнительных пояснений.
«Они отплывают из Швеции на восток к Хольмгарду и опустошают там прибрежные острова да ближние мысы»(Сага о Фарерцах, 19).
Судя по описанию, операция проходила в приделах Балтики и носила морской характер. И острова и мысы как раз есть в изобилии возле острова Рюген, но сложно указать какие-либо мысы вблизи Новгорода. Здесь не должно смущать то, что автор указывает направление на восток. Саги в этом плане неточны, вернее не всегда понимается направление по компасу. И кроме того, в сагах земли южнобалтийских славян часто указываются как Аустрвег – «восточный путь».
Соответственно, нельзя однозначно утверждать, что и в главе 8 этой саги упоминается Новгород.
«Тем летом из Норвегии на Фарерские Острова пришел корабль; кормчего звали Хравн, он был родом из Вика и имел двор в Тунсберге. Хравн часто ездил в Хольмгард и имел прозвище Ездок в Хольмгард.» (Сага о Фарерцах, 8).
Варяги, Русь

161. Лепная керамика Рюрикова городища

4–8 декабря 2006 г. в Санкт-Петербурге прошел международный российско-литовский семинар. Доклады этого семинара были опубликованы в сборнике АРХЕОЛОГИЯ И ИСТОРИЯ ЛИТВЫ И СЕВЕРО-ЗАПАДА РОССИИ В РАННЕМ И ПОЗДНЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ.
В частности там был опубликован доклад сотрудника ИИМК РАН А. В. Плохова «Орнаментация лепной керамики Рюрикова городища»(с.52).
Исследовав находки лепной керамики с Рюрикова городища, Плохов обобщил результаты и представил их в своем докладе.
Плохов выделяет 11 типов орнамента на сосудах Рюрикова городища.


1. Гребенчатый штамп
«Гребенчатый орнамент наносился орнаментиром, изготовленным из дерева или кости, с рядом зубцов на рабочей части. Судя по представленным на Рюриковом городище образцам, у зубцов были округлые в сечении концы (рис. 1: 1). Возможно, для нанесения узора использовались части одностороннего наборного костяного гребня». Для нас интерес представляет описание территорий, а по возможности и место происхождения того или иного вида орнамента. «Отпечатки гребенчатого штампа на керамике известны на территории Северо-Запада России с эпохи неолита. Довольно широко они были распространены и на посуде раннеесредневековых памятников Восточной Европы. По данным Т.Б. Сениченковой, сосуды, украшенные гребенчатыми вдавлениями, в значительном количестве встречены в Старой Ладоге» «Они представлены также на поселениях и в могильниках IX-XII вв., расположенных по берегам Белого и Кубенского озер, на рр. Шексна, Кемь, Колпь, Кобожа, Порозовица и Суда». «На ряде памятников Белозерья и Мининского археологического комплекса отпечатками гребенчатого штампа декорировано от 40,9% до 64,3% орнаментированной керамики» «Кроме этого региона, местом широкого распространения керамики, украшенной подобными вдавлениями, является Камско-Вычегодский край».
«В небольшом количестве сосуды с подобными оттисками встречены на памятниках конца I — начала II тыс. н.э. на Онежском озере», «а также в бассейне Северной Двины», «в Ярославском Поволжье», «в бассейне Верхней Оки», «а также в Гнездове, Суздале», «на славянских городищах Подонья» и «в древностях эпохи викингов Швеции». Другими словами, Швеция никак не является центром распространения данного вида керамики.

2. Веревочка на палочке
«Этот вид штампа представляет собой веревочку, намотанную с разной плотностью на палочку (рис. 1: 2). Подобный орнамент отмечен на обломках тридцати шести лепных и слегка подправленных на круге сосудов Рюрикова городища. В большинстве случаев оттисками веревочки декорированы и венчик, и верх тулова (табл.2). Значительно реже ими украшена только одна из зон».
Смотрим теперь, где это распространено.
«В последней четверти I тыс. н.э. орнамент в виде отпечатков веревочки, намотанной на палочку, имеет широкое распространение на территории Восточной Европы. В Приильменье веревочный штамп встречен на двух сосудах поселения Холопий городок под Новгородом», «на нескольких мелких фрагментах посуды с селища Васильевское на р. Веряже», «а также на городищах Сельцо» «Молвотицы и Княжая Гора в бассейне р. Полы, в комплексах памятников у деревень Золотое колено и Нестеровичи в бассейне р. Мсты», «на селище у д. Малые Полищи, в древнейших отложениях Новгорода», «оттиски веревочки, намотанной на палочку, отмечены на восьми сосудах из древнейших напластований Старой Ладоги». «Кроме того, один обломок горшка, украшенного подобным орнаментиром, найден при исследовании поселения Новые Дубовики у Волховских порогов». «На соседних территориях единичные образцы лепных горшков, украшенных
отпечатками веревочного штампа, встречены в ранних слоях Пскова». Указываются также и другие районы Северо-Западной Руси, где встречается керамика с подобным узором. «За пределами Северо-Запада России посуда, украшенная отпечатками веревочки, в большом количестве встречается на памятниках славянских культур Среднего Поднепровья, Подонья, Верхнего Поочья» «Веревочный штамп является основным видоморнаментации горшков культуры смоленских длинных курганов», «Украшает он сосуды раннесредневековых поселений Белоруссии», «Гнездовского археологического комплекса», «а также раннеславянских памятников Подмосковья» и ряде других археологических комплексов Руси. «В странах Балтии аналогичный орнамент в единичных экземплярах известен на поселениях типа Рыуге в Эстонии…, а также в материалах эпохи викингов Швеции». Другими словами, данный вид керамики, нехарактерен ни для Прибалтики, ни для Швеции.

3. Пальцевые вдавления
«Выполненные подушечками пальцев, они представляют собой округлые или овальные ямки, иногда со следами ногтевой пластины по краю (рис. 1: 3)».

Что с распространенностью этой керамики?

«В Приильменье орнамент, нанесенный пальцевыми вдавлениями, имеется среди материалов поселения Прость (1 экз.), селищ Васильевское (3 экз.), Губинская Лука на р. Ловати (1 экз.)3, Городка на р. Маяте4 (1 экз.), городищ Молвотицы (1 экз.) и Княжая Гора (2 экз.), из окрестностей п. Любытино (1 экз.)5, поселений Золотое Колено(3 экз.) и Нестеровичи (1 экз.), а также древнего Новгорода. В древностях Старой Ладоги он представлен на нескольких десятках сосудов». Также он встречается и на других памятниках Северо-Запада Руси. Кроме того, «представлены также в материалах культуры смоленских длинных курганов», «Гнездовского археологического комплекса», поселений Белоруссии. «В значи-
тельном количестве встречается он на посуде славянских поселений верховьев Оки, Дона и Среднего Поднепровья». «На памятниках бассейнов Верхней Мсты, Верхней и Средней Мологи конца I — начала II тыс. н. э. такая орнаментация является наиболее распространенной». Культурное влияние Швеции по-прежнему не просматривается, даже в подзорную трубу.

4. Ногтевые вдавления
«Выполненные концом пальца, они представляют собой углубления с включением отпечатка ногтевой пластины (рис. 1: 4)». «Ногтевые вдавления украшают обломки, как венчиков, так и верхних частей туловищ 19 сосудов Рюрикова городища».
«В Приильменье и Поволховье этот способ орнаментации на единичных фрагментах керамики». «В нижнем Поволховье орнамент в виде ногтевых насечек представлен почти на двух десятках образцах Старой Ладоги». «Отдельные сосуды, украшенные ногтевыми вдавлениями, представлены на селищах и в могильниках культуры смоленских длинных курганов, а также в Гнездове, на раннеславянских поселениях Подмосковья». «Значительно чаще такие отпечатки встречаются на памятниках роменской и боршевской культур». Вообще никаких следов в Скандинавии.

5. Вдавления с плоским дном
«К этому виду отнесены отпечатки, нанесенные плоским штампом — гладко обрезанным торцом или боковой стороной плоской палочки».

«В Приильменье известны единичные образцы керамики, декорированные подобным орнаментом», а  «в материалах Старой Ладоги имеется больше десятка сосудов, украшенных подобным штампом». «В значительно большем количестве этот штамп отмечен при раскопках Крутика, Белоозера и Луковца». «Поскольку за пределами Белозерья вдавления с плоским дном встречаются очень редко, Н.А. Макаров отнес этот элемент к собственно белозерским». Т.е. ничего привнесенного извне в этом стиле нет.

6. Фигурный штамп
«Из всего разнообразия деревянных или костяных фигурных штампов, употреблявшихся средневековыми гончарами Северо-Востока Восточной Европы, на Рюриковом городище был использован лишь один — округлая палочка, торец которой был расщеплен крест-накрест (рис. 1: 6)».

«Н.А. Макаров отнес фигурные штампы к элементам камско-вычегодского происхождения, спорадически встречающимся за пределами этой культурной
Области. Для большинства орнаментиров это, по-видимому, так, однако орудие с крестообразно расщепленным концом было известно гораздо шире. Им декорировано значительное количество сосудов и глиняных дисков на памятниках Балтийского региона».
«В.М. Горюнова относит «отпечатки штампов в виде крестовидных розеток» к типичным для западных славян». Это оказывается западнославянский элемент.

7. Вдавления округлой палочкой
«Этот элемент орнамента представляет собой отпечаток, нанесенный боковой стороной округлой палочки (Рис. 1: 7). В коллекции лепной посуды Рюрикова городища встречены обломки двух венчиков сосудов, украшенных таким образом».

«Подобный же элемент отмечен на венчиках и тулове ряда горшков Гнездовского поселения». «Он украшает значительное количество сосудов славянских памятников Среднего Поднепровья и Подонья». «В.А. Петрашенко относит прием декорирования венчиков глиняных изделий пальцевыми оттисками и вдавлениями округлой палочкой к числу общеславянских». Это вообще общеславянский тип.

8. Короткие насечки
«Элемент представляет собой узкие прямые углубления, которые наносились на поверхность сосуда орудием с острым рабочим краем (Рис. 1: 8). На Рюриковом городище найдено восемь сосудов, украшенных этим способом (в основном, по венчику)».

«Орнамент в виде коротких насечек распространен на значительной территории Восточной Европы».
Встречается в Приильменье, в материалах древнейших слоев Неревского раскопа Новгорода, и староладожского поселения. «Керамика, декорированная короткими насечками, встречена на других поселениях, а также в могильниках, которые расположены на берегах Белого и Кубенского озер, на рр. Суда, Колпь, Кобожа, Кема и Шексна», а также в Верхнем Поволжье, Угличе, Суздале, Тимерове Гнездове, раннесредневековых белорусских  поселениях, ряда средневековых сельских поселений Волго-Окского междуречья Встречены они на сосудах из тверских и ярославских курганов,  есть и у «славянских памятников Подонья», «Среднего Поднепровья». Встречается «в финно-угорских древностях Прикамья», «а также на посуде эпохи викингов Швеции».

9. Прочерченный орнамент
«Этот декор представляет собой неглубокие бороздки на поверхности сосуда, нанесенные по сырой глине деревянным, костяным или металлическим предметом (Рис. 1: 9)».
«Прочерченный орнамент украшает стенки двенадцати лепных и подправленных на круге сосудов Рюрикова городища, среди которых имеются обломки пяти лощеных мисок и фрагменты семи горшков».
«Прочерченный орнамент очень редок на лепной посуде памятников третьей четверти I тыс. н. э. Приильменья». «В значительном количестве подобный элемент зафиксирован на лепной керамике Старой Ладоги».
«Образцы прочерченной орнаментации имеются на памятниках Приладожья, Белозерья, Кубенозерья, Тверского и Ярославского Поволжья, Прикамья, а также на мерянской керамике».
«Прочерченный декор широко распространен на лепной посуде второй половины I – начала II тыс. н.э. в Эстонии и Финляндии — особенно лощеной и подлощенной».  И в Швецию подобная керамика тоже проникает из Восточной Балтики. «Прочерченное украшение поверхности в эпоху викингов типично для посуды группы AIII Швеции, которую Д. Селлинг связывает с народами восточной Балтики».

10. Каннелюра
«Элемент орнамента в виде горизонтального желобка, нанесенного на стенку сосуда, по всей видимости, пальцем (Рис. 1: 10). На Рюриковом городище встречено девять изделий украшенных таким образом».

«Посуда, декорированная каннелюрой, представлена на многих памятниках Северо-Запада России последней четверти I тыс. н. э. относимых исследователями к культуре сопок».
«Каннелюру можно считать типичным элементом орнаментации сосудов на памятниках IX–X вв. значительной части Северо-Запада России».
«Нельзя исключать, что его появление на раннесредневековой посуде каким-то образом связано с керамическими традициями культуры луконсаари, относимой к раннему железному веку. Ареал этой культуры в основном охватывает западные районы Карелии и восточную часть Финляндии».
Проникает эта керамика и в Швецию.

11. Валик
«На Рюриковом городище встречено три лощеных миски, украшенных маленькими, вытянутыми из стенки сосуда валиками (Рис. 1: 11).
В Приильменье нам известны обломки нескольких сосудов, украшенных этим элементом».
«Валики, аналогичные встреченным на керамике Рюрикова городища, широко распространены в древностях Эстонии. Их наличие явилось основным признаком для выделения третьего типа, самого многочисленного среди лощеной и подлощенной керамики городища и селища Иру».
Присутствует эта керамика и в Швеции, но это тоже следы прибалтийского влияния. «Имеются низкие валики на сосудах группы AIII эпохи викингов Швеции».


Итак, из всех приведенных Плоховым орнаментов на керамических сосудах Рюрикова городища, ни один не является скандинавским и никак не может объясняться влиянием скандинавов. Вся керамика славянская, или изготовлена под влиянием ближайших финских и прибалтийских племен. Один тип вообще судя по всему, пришел от западных, т.е. южнобалтийских славян. Интересно и то, что практически все типы встречаются и в Ладоге и в Гнездово, и следовательно являются маркерами славянского, а не скандинавского присутствия. Некоторые типы керамики встречаются в Швеции, но у Плохова даже язык не поворачивается заявить, что это керамика шведского происхождения. Понятно, что все они занесены в Швецию.
Это же подтверждает и Е. Н. Носов: «Лепная керамика Городища аналогична древнейшей посуде Новгорода и сельских поселений центрального Приильменья и Поволховья конца I тыс. н. э. Она свидетельствует о том, что основную часть жителей Городища в IX—X вв. составляло то же население, что обитало в центре Новгородской земли. Это были ильменские словене». (Носов Е. Н. Новгородское(рюриково) городище , с.164)
Более того, Носов приводит и другие интересные факты, которые избегает Плохов:
«Крайне интересно определенное сходство между профилированной керамикой Приильменья и профилированными сосудами IX—X вв. из западнославянских земель южного побережья Балтийского моря, относимыми В. Лосинским и Р. Рогошем к типам ансамбля Д и причисляемыми в схеме Э. Шульдта к типу Менкендорф». (Носов Е. Н. Новгородское(рюриково) городище,1990 , с.164) Другими словами, лепная керамика Рюрикова городища имеет самые ясные параллели в землях настоящих варягов – южнобалтийских славян.

Кроме того, у норманиста Носова есть еще ряд честных признаний:
«Интересной категорией построек Городища являются отдельно стоящие наружные хлебные печи. Наиболее точные аналогии им имеются в Ладоге, а также в памятниках польского Поморья — Гданьске и Щецине. Это еще одно прямое археологическое свидетельство культурных связей поморских славян и населения истока р. Волхова».(Носов Е. Н. Новгородское(рюриково) городище,1990 , с.164)

На территории Рюрикова городища было найдено множество втульчатых двушипных наконечников стрел. В. Б. Перхавко , А. Ф. Медведева и Р. С. Минасяна , исследовавшие их, пришли к заключению, «что найденные на территории Восточной Европы втульчатые двушипные наконечники стрел были заимствованы у западных славян, … как ни многочисленны аналогии материалов IX—X вв. Городища в Бирке, в последней нет ни одного втульчатого двушипного наконечника».(Носов Е. Н. Новгородское(рюриково) городище , 1990, с.165)
Но для Носова все эти данные всего лишь странное культурное влияние западных славян, в отличие от «надежно» установленного колонизационного потока скандинавов, основанного только на единичных находках скандинавских фибул и других украшений. То же самое и для Плохова.

Спрашивается, а где же в докладе норманиста Плохова волны колонизаторов-норманнов, шведы вместе с женами и домашним скарбом, шведки в сакрально-ритуальных одеждах со скорлупообразными фибулами наперевес, плывущие на Русь, со словарями древнерусского языка для быстрой эмансипации? Где норманны, которые еще, наверное, когда плыли на Русь, переодевшие свои кожаные доспехи на русские кольчуги и шлемы, чтобы только спустя 10 веков, бдительные археологи-клейновцы сумели распознать в них скандинавов? Где, наконец, бальзам на душу члену редколлегии издания Кирпичникову, «больному норманнизмом»(по его собственным словам)?
И как бы спохватившись и опомнившись, в самом конце доклада Плохов вспоминает о скандинавах. Это надо цитировать. Из серии «а напоследок я скажу»: «При движении на восток корабли викингов проходили вдоль густонаселенного эстонского побережья, где имелось несколько торговых гаваней, где можно было вести торговлю с местным населением и получать продовольствие для дальнейшей дороги. Видимо, таким путем на городище появился мастер, изготовившей эти богато украшенные сосуды».

Ну раз нельзя придумать скандинавского влияния, то давайте придумаем, что скандинавы привезли мастеров, которые изготовили эту посуду. Конечно, ни сами эстонцы не могли приплыть или торговать, ни славянские купцы не плавали никуда, князья не ходили походами на чудь. Забитым славянам, безусловно, только шведы могут привезти мастеров, да и сами славянские мастера разве могут изготовить богато украшенные сосуды)). После исторического романа Назаренко о колесящей по всей Европе в поисках мужей Эстрид, это, пожалуй, второй шедевр норманистической изворотливости))).
Варяги, Русь

157.Керамика Старой Ладоги – статья Станкевич

Я выложил статью Станкевич о керамике Старой Ладоги, которая была напечатана в журнале «Советская археология», выпуск XV, 1951.
https://www.dropbox.com/s/bv14ol7dedxeaja/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87.pdf
Статья довольно старая, но она очень интересная. И интересна она тем, что в советское время, т.е. до того, как археологи толпами бросились искать западные гранты, и на чем заработать, археология никак не обнаруживала ничего особо скандинавского в Ладоге, хотя и находила там отдельные скандинавские вещи. Но из этого никто не пытался соорудить теорию о скандинавском происхождении Ладоги.
Автор занимается сугубо проблемой классификации керамики Ладоги, но при этом пытается провести параллели с другими археологическими памятниками и указать этническую природу ее изготовителей. Описание идет по археологическим слоям, начиная с самых ранних. Напомню, что к наиболее ранним слоям относятся слои Е3-Е1(по классификации Равдоникаса):
горизонт Е3, нижний слой (750-760-е гг.);
горизонт Е3, средний слой (770-790-с гг.):
горизонт Е3, верхний слой (800-830-е гг.);
горизонт Е2 (840-е - середина 860-х гг.);
горизонт Е1 (870-920-е гг.);
И во всех слоях автор   обнаруживает преобладание славянской керамики. Керамические изделия – это массовый продукт, который использовался всем населением поселения и является более надежным этническим маркером, чем скажем ювелирные изделия или находки монет. Основная же масса керамического материала относится автором к славянской, и находит параллели на других восточнославянских памятниках. При этом автор отмечает преобладание славянской керамики во всех, даже самых ранних  археологических слоях Ладоги. Также отмечается, что практически вся она изготавливалась на месте, а не привозилась. Легкость, с какой современные археологи меняют свое мнение просто поразительная. И конечно же пока не будет прикрыта система грантоедства в истории и археологии это будет продолжаться.
Варяги, Русь

99. Свидетельство саг об Альдейгьюборг

Норманнисты пытаются представить отождествление Альдейгьюборга с Ладогой, и само происхождение названия Ладоги от Альдейгьюборга, как давно решенный вопрос. При этом ссылаются на саги, зачастую без всякого
критического анализа. В реальности саги довольно сложные произведения с точки
зрения их анализа и вычленения подлинных исторических свидетельств. Саги
сочинялись не как хроники, а как прославления деяний того или иного конунга.
Они могут содержать как преувеличения, так и сказочные элементы, заимствованные
из мифологии: карлики, колдуны, превращения, великаны, вымышленные существа,
волшебные предметы. Реальным историческим персонажам могут приписывать
вымышленные действия или фантастические способности. Авторы саг могут, как и
авторы исторических романов использовать как настоящих исторических героев, так
и вымышленных. Могут упоминать реально существующие города, страны, народы для
создания сюжета. Разделить саги на «сказочные» и «исторические» довольно трудно
- реальные события и персонажи могут соседствовать с вымышленными. Так,
например,  сага о Харальде Суровом при
том, что содержит много подлинной исторической информации, тем  не менее, включает явно вымышленные сюжеты,
особенно касающиеся прибывания Харальда на службе у византийских императоров. Свидетельства
саг об Альдейгьюборг можно условно разделить на свидетельства, относящиеся к реальным историческим событиям, и саги с вымышленным по большей части сюжетом, в которых упоминается этот  город. В начале рассмотрим саги, которые упоминают Альдейгьюборг в связи с реальными историческими событиями и подтверждены другими источниками.

Сага об Олаве сыне Трюггви, XC

«Осенью Эйрик ярл вернулся в Швецию и оставался там следующую зиму. А весной ярл снарядил свое войско и затем поплыл в Восточные Страны. Когда он приплыл во владения Вальдамара конунга, он стал воевать и убивать людей, и жег жилье всюду, где он проходил, и опустошал страну. Он приплыл к Альдейгьюборгу и осаждал его, пока не взял город. Там он перебил много народа и разрушил и сжег весь город. После этого он прошел по Гардарики, разоряя страну. В Бандадрапе говорится так:
Прошел мечом землю
Вальдамара, смерти
Врагов обрекая
В побоищах, воин.
Твердо знаю, в Гардах
Повергатель ратей
Альдейгье погибель
Уготовил, стойкий.
Всего Эйрик ярл
провел в этом походе пять лет. Возвращаясь из Гардарики, он разорял Адальсюслу и Эйсюслу. Он захватил там четыре датских викингских корабля и убил всех, кто на них был.

Норвежский конунг Эрик сын ярла Хакона. Родился около 964
года. В 995 году Хакон потерпел поражение и был убит в битве с Олавом
Трюггвассоном. Эйрик вместе со своим братом Свейном бежит в Швецию. Оттуда он
совершает нападение на Гардарики и в частности на Альдейгьюборг, о котором
сообщает сага. Нападение произошло ориентировочно в 997 году. Впоследствии,
Эйрик входит в коалицию, которая в 1000 году нанесла поражение Олаву
Трюггвассону в битве при Свельде. Эйрик вполне исторический персонаж, и вполне
возможно, что он совершил грабительский поход на прибалтийские земли Руси во
времена Владимира Святого. Точной локализации города Альдейгьюборга нет. Можно
предполагать, что это один из городов или поселений на Волхове или Ладоге. В
русских летописях нет упоминаний об этом нападении, но возможно это реальный
исторический эпизод. Скорее всего, нападение носило мелкий локальный характер,
поэтому и не привлекло внимания летописцев.

Сага об Олаве Святом, XCIII
«Следующей весной в Швецию прибыли послы Ярицлейва конунга из Хольмгарда узнать, собирается ли Олав
конунг сдержать обещание, данное предыдущим летом, и выдать свою дочь Ингигерд за Ярицлейва конунга. Олав конунг сказал об этом Ингигерд и заявил, что он хочет, чтобы она вышла замуж за Ярицлейва конунга. Она отвечает:

 Если я выйду замуж за Ярицлейва конунга, то я хочу получить
от него как вено все владения ярла Альдейгьюборга и сам Альдейгьюборг.

Послы из Гардарики
согласились от имени своего конунга. Тогда Ингитерд сказала:

 Если я поеду на восток в Гардарики, я возьму с собой из
Швеции человека, который мне покажется наиболее подходящим для того, чтобы поехать со мной. Я ставлю условием, чтобы на востоке у него было не ниже звание и не меньше прав, чем здесь, и чтобы ему оказывали почестей не меньше, чем здесь.

Послы и конунг с этим
согласились и скрепили договор клятвами. Тогда конунг спросил Ингигерд, кто же тот человек, которого она хочет взять с собой. Она отвечает:

 Этот человек Рёгнвальд ярл сын Ульва, мой родич.
Конунг говорит:
 Не так я думал отплатить Рёгнвальду ярлу за измену своему
конунгу, ведь он уехал в Норвегию с моей дочерью и отдал ее в наложницы
толстяку, хотя знал, что он наш злейший враг.
Я его за это повешу
этим же летом.

Ингигерд стала просить отца сдержать слово, которое он ей дал. И, уступая ее просьбам, конунг сказал, что он отпускает Рёгнвальда, и пусть он уезжает из Швеции и никогда не возвращается назад и не попадается ему на глаза, пока он, Олав, будет конунгом.
Ингигерд послала своих людей к ярлу, велела рассказать о том, что произошло, и назначила ему место встречи. Ярл быстро собрался в дорогу и поскакал в Восточный Гаутланд. Там он снарядил корабли и отправился вместе со своими людьми навстречу Ингигерд конунговой дочери. Тем же летом они вместе отправились на восток в Гардарики. Ингигерд вышла замуж за Ярицлейва конунга.
Сыновьями их были Вальдамар, Виссивальд и Хольти Смелый. Ингигерд конунгова
жена пожаловала Рёгнвальду ярлу Альдейгьюборг, и он стал ярлом всей той
области. Рёгнвальд ярл правил там долго, и о нем ходила добрая слава. Сыновьями
Рёгнвальда ярла и Ингибьёрг были Ульв ярл и Эйлив ярл.»

Речь идет о браке Ярослава Мудрого и шведской принцессы
Ингигерд (1001-1050), дочери Олава Шетконунга и ободритской княжны Эстрид. Брак
состоялся в 1018 или 1019 году. В русских летописях опять же нет свидетельств
об этом браке. Но другие источники подтверждают это сообщение. В частности, Адам
Бременский пишет: «Король свеонов Олаф
был христианином. Он женился на Эстред из племени ободритов
(Obodriti), родившей ему сына Якоба и дочь Инград, которую взял за себя святой Герзлеф из Руссии (Ruzzia).»(Адам
Бременский, Деяния архиепископов гамбургской церкви II,37)
Это же подтверждает другая сага Прядь об Эймунде Хрингссоне.


В Пряди об Эймунде рассказывается об норвежском викинге Эймунде, который после захвата власти в Норвегии Олавом Толстым (Святым) уплыл в Гардарики и стал наемником. В конце Пряди есть упоминание Регнвальде, управлявшем
Альдейгьюборгом.
«Ярицлейв конунг будет над Гардарики.
Рёгнвальд ярл будет держать Альдейгьюборг так, как держал до сих пор.

На такой договор и раздел княжеств согласился весь народ в стране и подтвердил его. Эймунд конунг и Ингигерд должны были решать все трудные дела. И все поехали домой по своим княжествам.
Вартилав конунг прожил не дольше трех зим, заболел и умер(речь скорее всего идет о Мстиславе); это был конунг, которого любили как нельзя больше. После него принял власть Ярицлейв и правил с тех пор один обоими княжествами. А Эймунд конунг правил своими и не дожил до старости. Он умер без наследников и умер от болезни, и это была большая потеря для всего народа в стране, потому что не бывало в Гардарики иноземца более мудрого, чем Эймунд конунг, и пока он держал оборону страны у Ярицлейва конунга, не было нападений на Гардарики.
Когда Эймунд конунг заболел, он отдал свое княжество Рагнару, побратиму своему, потому что ему больше всего хотелось, чтобы он им пользовался. Это было по разрешению Ярицлейва конунга и Ингигерд. Рёгнвальд Ульвссон был ярлом над Альдейгьюборгом; они с Ингигерд княгиней были детьми сестер. Он был великий вождь и обязан данью Ярицлейву конунгу, и дожил до старости. И когда Олав Святой Харальдссон был в Гардарики, был он у Рёгнвальда Ульвссона и между ними была самая большая дружба, потому что все знатные и славные люди очень ценили Олава конунга, когда он был там, но всех больше Рёгнвальд ярл и Ингигерд княгиня, потому что они любили друг друга тайной любовью.»

В Пряди содержится хвастливое приувеличение роли норманн и Эймунда на Руси
во времена Ярослава, которое явно противоречит русским и западным летописям, многое просто выдумано автором, для восхваления Эймунда. Но упоминание Регнвальда и Альдейгьюборга имеет исторические основания.

Сага об Олаве Харальдссоне (Святом), CCLI
«Ранней весной Эйнар Брюхотряс и Кальв сын Арни собрались в поход. У них была с собой большая дружина из лучших людей, которых только можно было найти в Трёндалёге. Весной они направились на восток через Кьёль в Ямталанд, оттуда в Хельсингьяланд и добрались до Швеции. Там они раздобыли корабли и летом отплыли на восток в Гардарики. Осенью они добрались до Альдейгьюборга. Они послали своих людей в Хольмгард к Ярицлейву конунгу и просили передать ему, что они хотят взять с
собой Магнуса, сына конунга Олава Святого, и отвезти его в Норвегию, а там
помочь ему получить отцовское наследство и стать конунгом в стране.

Когда об этом узнал Ярицлейв конунг, он стал советоваться со своей женой и другими знатными людьми.
Они решили послать гонцов к норвежцам и пригласить их к Ярицлейву конунгу и Магнусу. Им обещали свободный проезд по стране. Когда они добрались до Хольмгарда, то было решено, что норвежцы, которые приехали, станут людьми Магнуса и будут ему служить, и это было скреплено клятвами Кальва и всех тех, кто сражался при Стикластадире против Олава конунга. А Магнус заключил с ними полный мир и поклялся, что он будет им верен, что и они во всем могут на него положиться, если он станет конунгом Норвегии. Он должен был стать приемным сыном Кальва сына Арни, а Кальв обязался делать все, что, по мнению Магнуса, способствовало бы укреплению его власти в Норвегии и сделало бы его правление свободнее».

Речь идет о событиях после гибели Олава Святого в битве при
Стикластадире в июле 1030 года. До этого Олав вместе с сыном Магнусом после
поражения от датчан прятался на Руси у Ярослава и Ингигерды.
Прибыли послы из Норвегии к Ярославу Мудрому с просьбой отпустить с ними Магнуса, наследника престола.
Также интересно, что без разрешения князя послы не могли
даже проехать из Альдейгьюборга в Новгород, не говоря уже о том, чтобы свободно
кататься по рекам Руси. Это показывает, насколько сказочными являются теории
норманнистов о том, что якобы целые караваны скандинавских судов
беспрепятственно ходили по рекам Руси.

Сага о Магнусе Добром

Сага подтверждает, что Магнус был отпущен Ярославом и отправился в Норвегию из Новгорода через Альдейгьюборг.
«Магнус сын Олава
отправился в путь с востока из Хольмгарда в Альдейгьюборг после йоля».
(Сага о Магнусе Добром, I)
Об этих же событиях рассказывается и в Саге об оркнейцах.

Сага об оркнейцах
«Когда Эйнар Брюхотряс и Кальв Арнасон приехали за Магнусом Олавссоном на восток в Гардарики, встретил их Регнвальд в Альдейгьюборге…Просит тогда Эйнар, чтобы Регнвальд собрался в путь вместе с ними в Хольмгард и поддержал их
просьбу к конунгу Ярицлейву; и на это соглашается Регнвальд. После этого
нанимают они себе лошадей в Альдейгьюборге и едут вверх в Хольмгард, и
приходят к конунгу Ярицлейву»
(Сага об оркнейцах, 21)

Интересно, что все-таки на лошадях добирались до Новгорода, а не по Волхову речным путем.

Сага о Харальде Суровом

«В ту зиму Ярицлейв конунг выдал свою дочь за Харальда. Имя ее было Элисабет, а норвежцы звали ее Эллисив. Об этом рассказывает Стув Слепой:
По сердцу ствол распри
Лат жену сосватал.
Светом вод владеет
Днесь и княжьей дщерью.
Весною Харальд
отправился из Хольмгарда в Альдейгьюборг, снарядил там корабли и летом отплыл на запад, сперва повернул в Швецию и причалил в Сигтунах.
»(Сага о Харальде Суровом, 17)
Ярослав Мудрый выдает свою дочь за прибывшего на Русь
конунга Харальда Сурового(Король Норвегии 1046-1066 гг). Брак был заключен
зимой 1044/45года. Дочь Ярослава Мудрого Елизавета известна только по сагам. Из
сообщения видно, что Альдейгьюборг портовый город, в котором можно снарядить
корабли для морского плавания.

Остальные саги, где встречается название Альдейгьюборг, содержат вымышленный исторический сюжет.

Сага о Стурлауге Трудолюбивом Ингольвссоне
Сага создана около 1300 года неизвестным автором. Сюжет саги
является вымышленным. При этом сага изобилует сказочными, фантастическими
элементами. Сам Старлауг считается специалистами вымышленным персонажем. В Саге рассказывается о походе к сказочному храму в земле бьярмов, который охраняют
великанши, похищение волшебного рога с помощью плаща-невидимки. Упоминаются
также исторические личности, такие как Ингольв(~850-900) норвежец,
переселившийся в Исландию, и Асгаут, ярл Харальда Прекрасноволосого, убитый при
Сольскеле в 869 году.     
В саге Альдейгьюборг располагается на востоке в Гардах, т.е.
на Руси. Есть и другое название, похоже относящееся к тому же городу – Альдегья.
«Тогда встает Франмар, и провозгласил обет, что он окажется в постели Ингибьерг, дочери конунга Ингвара, на востоке в Гардах…»

«Теперь нужно рассказать о том, что Франмар хочет исполнить свой обет. Он готовится теперь к поездке из страны, и отплывая из Свитьода, имел он 60 кораблей. Держит он курс на Аустрвег и грабит во многих странах, и направляет войско к Альдейгьюборгу.
Там правит конунг Ингвар…Его дочь звали Ингибьерг».

Фрамар сватается, но ему отказывают. Тогда он хитростью
проникает Ингибьерг и целует ее. Затем бежит из страны в Свитьод, где все
рассказывает Сурлаугу. Вместе они затевают новую экспедицию. Они затевают войну
с Ингваром.
« В этой битве пали от руки Стюрлауга конунг Ингвар и Снэколь, а Хвитсерк со многими своими людьми спасся бегством. Стюрлауг велит тогда поднять щит мира и идет к Альдейгьюборгу со всем своим войском…Весь город, был в их власти, а также и все люди, что были в городе. Затем Стюрлауг отдал в жены Франмару Ингибьерг, дочь конунга….Стюрлауг отдал тогда во власть Франмара город Альдегью и все то государство, которым владел конунг Ингвар, и дал ему титул конунга. Франмар теперь обосновался и правит своим государством, советуясь с лучшими людьми, что были в стране. От Франмара и Ингибьерг пошел большой род и много знатных людей…»

Очевидно совершенно, что сюжет этот никакого отношения к
Руси не имеет и тем более к князю Игорю. Игорь был убит в древлянской земле, и
не скандинавами, правил в основном в Киеве. Никаких свидетельств летописи о
дочери, да еще со скандинавским именем в летописях нет. Нет и свидетельств о
том, что какой-то Франмар захватывал власть на Руси. Максимум что можно извлечь
из этого рассказа, так это то, что автор мог для создания рассказа заимствовать
имя князя Руси и города Альдейгьюборг из других источников, тем более, что
автор был знаком с сагами «Круга Земного» Снорри Стурлусона, той же Сагой об
Олаве Трюггвассоне, где как раз рассказывается о нападении на Альдейгьюборг. Возможно
даже, что он опирался на какие-то рассказы о нападении норманн на другие
славянские земли. Но в любом случае это не является хроникой реальных
исторических событий.

Сага о Хрольве Пешеходе
Как и Сага о Старлауге, сага о Хрольве Пешеходе содержит
вымышленный сюжет, изобилующий сказочными элементами. Сам автор саги указывает, что не обязательно верить всему, что он будет рассказывать. Сага должна
развлекать. О Хрольве Пешеходе упоминается в Саге об Олаве Святом(«Рикард ярл Руды был сыном Рикарда, сына Вильяльма Длинное Копье, а тот был сыном Хрольва Пешехода, который захватил Нормандию. Хрольв был сыном Рёгнвальда Могучего ярла Мёра, как об этом уже было написано раньше».) Хрольва отождествляют с викингом Ролло, который основал
герцогство Нормандию. Но к Ролло сюжет Саги о Хрольве Пешеходе не имеет
никакого отношения. Основные события разворачиваются между Данией и
Гардариками, т.е. Русью, но реальной исторической подоплеки под собой не
имеют.  В связи с Гардариками упоминается и Альдейгьюборг.
Альдейгьюборг в саге упоминается несколько раз. Первый раз,
когда Хрольв, как слуга Вильхьяльма, отправляется в Гардарики и там находит
волшебный меч и доспехи конунга Хреггвида, и убивает на турнире Сёрквира. При
этом сам турнир является анахронизмом для эпохи викингов.
«Вильхьяльм ехал верхом, а Хрольв вел его коня. Они проехали по Швеции
и добрались до Гардарики. Ничего не известно о том, каким путем они шли.
Наконец они добрались до Альдейгъюборга. Было это в начале зимы. Конунг Эйрек
сидел в городе. Они нашли себе жилье и отправились к конунгу»
. (Сага о Хрольве Пешеходе, 13)
Так как, Эйрик не сдержал слово и не собирался возвращать
Гардарики дочери Ингигерде, Хрольв и Ингегерда бегут в Данию. После ряда
приключений, Хрольв наконец собирает войско в Дании и отправляется снова в
Гардарики на кораблях и прибывает снова к Альдейгьюборгу.
«Теперь надо вернутся к тому, как Хрольв повел войско против конунга Эйрека. Они встретились недалеко от Альдейгьюборга. У конунга было большое и сильное войско. С ним было много знатных людей, среди них — ярл Ими, высокий, сильный, воинственный человек,
родом из Гардарики. Вместе с ним был его сводный брат Рендольв, которого по справедливости можно было назвать троллем за его рост и силу. Родичи его матери были из Алуборга, что в Ётунхейме.»
( Сага о Хрольве Пешеходе, 30)
Исторической подоплеки под описываемыми событиями нет никакой. Автор пытается
создать увлекательный исторический рассказ,  опираясь как на исторические свидетельства саг, так и заимствуя сюжеты из чисто литературных произведений. Он несколько раз подчеркивает, что верить ему не обязательно, что рассказ создан для развлечения.  Так автор использует во многом вымышленные рассказы из саги об Ингваре Путешественнике. В саге об Ингваре Путешественнике рассказывается о том, что Ингвар будучи на Руси, отправился искать истоки одной из больших рек Руси. По пути он сталкивается с диковинными вещами и фантастическими существами.
В саге ничего не говорится  о том, истоки какой реки
отправился искать Ингвар, но в Саге о Хрольве Пешеходе автор домысливает это от
себя.
«В то время конунг Хреггвид был уже стар. Но
рассказывают, что когда он был молод, то много воевал и подчинил себе земли по
реке Дюне, которая течет в Гардарики. После этого он воевал с разными народами
в Аустррике и добыл там редкие сокровища. А река та по величине считается
третьей или четвертой в мире. Ее истоки искал Ингвар Путешественник, как
рассказывается в саге о нем».
(Сага о Хрольве Пешеходе, 1)
Также автор заимствует эпизод из чисто литературного произведения Тристан и Изольда.
Параллельный эпизод в Тристан и Изольде:
«В этот миг в
открытое на море окно влетели две ласточки, строившие себе гнездо, и стали
биться друг с другом; потом, внезапно испугавшись, они улетели, но одна из
своего клюва выронила длинный женский волос тоньше шелка, сиявший, как
солнечный луч. Подняв его, Марк позвал баронов и Тристана и сказал им:

- Чтобы угодить вам, сеньоры, я возьму себе жену, если только вы разыщете ту, которую я избрал».
В саге же мы читаем, что
«Однажды осенью, когда ярл Торгнюр сидел на кургане своей
жены и наблюдал за игрой, над ним пролетела ласточка, уронила ему на колени шелковый платок и улетела. Ярл развернул платок и увидел в нем волосы небывалой длины, совершенно золотые. Вечером, когда ярл вышел к пиршественному столу, он показал всем волосы, которые принесла ласточка, и большинство решило, что это, должно быть, женские волосы. Ярл сказал:

— Я даю клятву, что заполучу женщину, у
которой такие волосы, или умру. Только бы узнать, в каком дворе ее искать или в какой стране».
(Сага о Хрольве Пешеходе, 10)


Автор саги хорошо был знаком с королевскими сагами, о чем
сам и упоминает. Гардарики для него, как и для слушателей – это далекая
восточная страна, где хранятся несметные сокровища. Из саг исторического круга,
откуда можно было почерпнуть названия рек и городов он и берет Альдейгьюборг и
представляет его как город, где правит конунг Гардарики. Также точно он находит
и Ингигерд, как принцессу, которая точно была женой Ярослава. Других женских
имен из Руси он просто не знал или не мог найти. Та же проблема и с городами.
Автор максимум может в сагах найти Альдейгьюборг и Хольмгард. Других городов
Руси он не знает, а потому и строит весь сюжет вокруг  Альдейгьюборг. Интересно, что Гардарики он
иногда называет Хольмгардики, что показывает, что автор не знал даже Новгорода
и путал его название со всей страной.
О месте расположения Альдейгьюборг также никаких уточняющих
данных нет.

Сага о Хальвдане Эйстейнссоне

Сага также рассказывает о правлении викингов в Альдейгьюборге, походах на этот город, войнах викингов в Бьярманланде и возле границ новгородской Руси.
Сага о Хальвдане сыне Эйстейна довольно много упоминает об
Альдейгьюборг. Контекст, в котором встречается название этого города следующий.
У Транда, норвежского конунга из Трандхейма был сын Эйстейн. Эйстейн пошел в
поход на Альдейгьюборг.
«В это время правил
Альдейгьюборгом конунг по имени Хергейр; был он преклонного возраста. Его жену звали Исгерд; она была дочерью конунга Хлёдвера из Гаутланда. Ее братьями были Сигмунд, который был впередсмотрящим на судне конунга Харальда Прекрасноволосого, и Одд Скраути, отец Гулль-Торира, о котором говорится в исландской Ланднамабок. Их единственную дочь звали Ингигерд; она была прекраснее всех девушек и такого высокого роста, как мужчина; она была многим одарена. Она была отдана на воспитание ярлу по имени Скули. Он правил Алаборгом и тем ярлством, которое к нему относится; о нем говорили, что он — брат Хеймира, приемного отца Брюнхилд Будладоттир, о которой говорит Сага о конунге Рагнаре Лодброке».
(Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 2)
Эйстейн неожиданно нападает на Хергейра.
«Конунг Эйстейн со своим войском подошел теперь к Альдейгьюборгу; конунг Хергейр противостоял ему малой силой». (Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 3)
Эйстейн побеждает Хергейра, убивает его и берет в жены его жену Исгерд. Но об этом узнает ярл Скули, который правил в городе Алаборг, который обычно отождествляется с датским городом Ольборг. У него на воспитании была дочь Хергейра Ингигерда.
«Узнав о том, что произошло в Альдейгьюборге, собирает ярл Скули к себе большое войско, но когда войско собралось, он тяжело заболел». (Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 5)
Скули поручает командорвание армией Колю. Коль терпит
поражение, а Скули, переодевшись стариком, скрывается. Таким образом, под
контролем Эйстейна оказывается Альдейгьюборг и Алаборг.
Затем там появляются два брата из Гардарики. Оба с именем
Грим. Обманув бдительность Эйстейна, они выбирают момент и ночью убивают
Эйстейна. Перед этим его сын Хальвдан увидел украшенную золотом руку младшего
Грима. Хальвдан решил отомстить убийцам и отправляется на поиски.
«Хальвдан отправится из страны с пятью кораблями и отберет себе достойных храбрецов. Поплыл он сначала в Аустрвег, и был он там удачлив и в богатстве и в славе, но когда он не спал, стояла у него перед глазами та прекрасная, украшенная золотом рука, которую он упустил в Альдейгьюборге. Плавал он все пять зим, как ему хотелось».
(Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 10)
В Алоборге остаются править Ульвкелль и Ингигерд. В
Альдейгьюборге править начинает брат Эйстейна Сигурд. И Ульвкелле решает
захватить Альдейгьюборг.
"Теперь расскажем об Ульвкелле и его жене Ингигерд, правящих в Алаборге. Вот узнали они о смерти конунга Эйстейна и о том, как это произошло. Тогда спрашивает Ингигерд Ульвкелля, не будет ли он претендовать на государство конунга Хергейра, ее отца. Он отвечает, что он к этому готов. Собрались они в путь и по пути не останавливались, пока не прибыли в Альдейгьюборг". (Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 11)
Ульвкелль терпит поражение и вынужден бежать в Норвегию к
своему брату Ульвару, убивает его в споре и завладевает его землями. «Как только
Ульвкелль захватил государство, собирает он к себе войско и корабли и ведет их в Аустрвег… Они пришли теперь на восток от Хлюнскогар в то место, которое называется Клюфанданес, и от него недалеко до Бьярмаланда»
(Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 12). Другими словами под Аустрвег
понимался не обязательно путь на Русь, но и походы вокруг Скандинавии в Белое
море.  Там он сталкивается с Хальвданом. В битве последний был тяжело ранен, но на помощь приходит неизвестный флот, которым командовал неизвестный высокий конунг. Хальвдана спасают и отправляют на берег лечиться.
Ульвкелль бежит к своему брату Ульву в Бьярмаланд и там они вместе добиваются от местного конунга выдать за Ульва его дочь Эндю.
«И Ульвкелль сказал, что его привел Ульв Злой; «а мы с ним — братья. Пришел я к тебе потому, что мы хотели бы стать твоими людьми. Если ты согласишься отдать за Ульва замуж твою дочь, тогда я отдам [тебе] Алаборг и Альдейгьюборг, а также все то государство,
которое к ним относится, потому что это моя собственность. Я полагаю, что с
нашей с братом помощью ты станешь очень сильным, и многим придется тяжело, если мы вступим в игру».
(Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 15)
Так же Ульвкелль узнает, про высокого человека, который на него напал. Он правил
в Кирьялаботнах(обычно переводят, как «Карельские
заливы», какая-то территория в Карелии скорее всего на побережье Белого моря).
Ульвкелль нападает на эту землю. Туда же устремляется и Хальвдан, который
узнает, что человек, который его спас и есть тот, которому он хочет отомстить.
«Она подошла к воротам [замка] и приветствовала Хальвдана, назвав его по имени. Он обрадовался ее словам. Она сказала ему: «Пора тебе, должно быть, увидеть перчатку и золотое украшение, которые упустил в Альдейгьюборге».» (Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 19)
После победы над Ульвкелле, Хальвдан отправляется в Альдейгьюборг, где остался править его дядя.
«После этого собирается Хальвдан оттуда домой в Альдейгьюборг. Всего он отсутствовал пять зим; там люди приветствовали его». (Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 22)
В саге также прямо названы земли Руси.
«Вслед за тем пришли с востока из Бьярмаланда люди Сигмунда
и сказали, что викинги грабили в Бьярмаланде и Ногардах. Они убили Свиди
Смелого-в-нападении и подчинили себе Кирьялаботн и большую часть Руссаланда. Узнав об этом, Хальвдан и Сигмунд собрали свое войско и отправились на восток в Бьярмаланд».
(Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 25)
Но речь здесь идет не о том, что
норманны захватывали вообще Русь и не о призвании варягов, а о грабеже земель
Новгородского княжества в Карелии и на Белом море. В саге Альдейгьюборг
упоминается как близкий городу Алаборгу. Последнего локализация известна, он
находится в Дании. Конечно, возможно имеются в виду и другой город с таким
именем, но это лишь гипотетическое предположение. После убийства Эйнстейна
действия переносятся на северные пути вокруг Скандинавии в Белое море и
Бьярмию. Древнейшее сообщение о поездке в Бьярмаланд относится к концу IX в. и
содержится в рассказе норвежца Оттара (др.-англ. Ohthere), включенном королем
англосаксов Альфредом Великим в его дополнение к переводу «Истории против язычников»
Павла Орозия. Ок. 875 г.
Оттар проплыл из Халогаланда на север вокруг Финнмарка и Кольского полуострова
в Белое море к устью одной из крупных рек, где встретил народ beormas.
Большинство исследователей этого фрагмента считает, что он оказался на южном
берегу Кольского полуострова. Саги описывают главным образом тот же, что и
Оттар, северный морской путь в Бьярмаланд. В большинстве саг его конечным
пунктом называется устье р. Северной Двины (др.-исл. Vína). Именно так
локализован Бьярмаланд в Саге о Стурлауге Трудолюбивом. Встречаются и
другие локализации, например, в «Саге о Хаконе Хаконарсоне» Бьярмаланд связан с
Верхним Подвиньем.
Характерно также то, что прибывшие братья Грим прибывают в Альдейгьюборг из
Руссии, причем конунг говорит: «но я не пожалею куска хлеба для тех, кто сюда так долго добирался».(
Сага о Хальвдане Эйстейнссоне, 7) Скорее всего, автор
в данном случае использовал какой-то источник, который не располагал
Альдейгьюборг вообще на территории Руси, а с учетом того, что он где-то рядом с
датским Алаборгом, можно предполагать, что скорее всего, подразумевается
путешествие из Руси в Данию. С учетом того, что Грим-Скули обосновался потом в
новгородских землях в Карелии, он и бежит из Альдейгьюборга на Русь в Карелию. Сага подчеркивает, что Грим исчез и Хальвдан долго его искал и странствовал. Странно было бы предполагать, что он  убежал из Ладоги в Карелию и там начал править. Эти известия быстро бы достигло Приладожья. В конце же саги в главах 24-25 Русь называется Гардарики и утверждается, что Сигмунд оборонял Гардарики и ее сестра Исгерд владела землями в Гардарики.  Представляется, что автор
саги составлял рассказ, опираясь на разные источники. Часть данных он взял из
саг рассказывающих о какой-то борьбе, которая развернулась между конунгами в
Норвегии и Дании. При этом Русь в этих источниках называется Русландом и
Руссией, а Альдейгьюборг располагается в Дании. Часть же данных он взял из источников, которые связывают Альдейгьюборг с Гардарики, которая, скорее всего, совпадает с северо-востоком Руси. Такое вполне возможно, так как автор не имел никакой «ментальной» карты в голове, которую пытается выдумать Джаксон Т. Скорее всего автор саги вообще слабо представлял себе географию и месторасположение земель и городов и просто для создания сюжета использовал разные, зачастую
противоречивые источники, не понимая, что они противоречат друг другу.
Таким образом, теории Мельниковой, Джаксон  и других норманнистов о надежной идентификации Ладоги и Альдейгьюборга на самом деле оказываются лишь ничем не подтвержденной гипотезой.
В реальности из собранных в сагах свидетельств нельзя точно локализовать Альдейгьюборг. Речь в исторических сагах идет
действительно о каком-то портовом городе на северо-востоке Руси, куда могли
заходить морские корабли. Это могло быть как поселение на Балтике, так и на
Ладоге или Волхове. (Не одна Ладога существовала в этом регионе. С таким же
успехом, можно ассоциировать Альдейгьюборг и с городищем в Любше, ниже по
течению от Ладоги).
Также мы видим, что исторические свидетельства относятся к событиям конца X века
начале XI века, времен княжения Владимира и Ярослава. Доказательств того, что это название бытовало в 8-9 веке у скандинавов вообще нет. Попытки норманнистов «удревнить» использование названия Альдейгьюборг за счет ссылок на саги о древних временах(Сага о Стурлауге, Сага о Хрольве Пешеходе, Сага о Хальвдане ), которые содержат вымышленный, сказочный сюжет выглядят просто несерьезной подтасовкой. На основании сказочного сюжета саг о древних временах
норманнист Войтович Л. выдумывает целую теорию о неких скандинавских
государствах в Ладоге. «Ряд скандинавских саг из цикла «саг о древних временах», «Песня о Хюндла» из «Старшей Эдды» и «Младшая Эдда» Снорри Стурлусона рассказывают о ранней истории Ладоги, рассматривая ее как центр одного из скандинавских королевств (в этот период таких «королевств» в скандинавских землях и на территориях, контролируемых викингами, было более сотни), и, наверно, отображают реальную
версию удачного нападения на Ладогу.» (
Войтович Л. В., Викинги в центрально-восточной Европы: загадки Ладоги и Плеснеска, 2011)Тут даже нечего комментировать. Единственное что, ни в Песне Хюндла из Старшей Эдды ни в Младшей Эдде нет упоминаний Альдейгьюборга. Остается только Войтовичу подарить сборник сказок народов мира для дальнейшего сочинительства. Печально только, что такие выдумки печатают не в сборниках сказок для детей, а в научном журнале.

Как нет письменных свидетельств источников о существовании названия Альдейгьюборг ранее конца X века, так нет и письменных подтверждений теории Джаксон Т. о происхождении названия Ладоги от этого скандинавского названия.Таким образом, саги не дают возможности надежно отождествить Альдейгьюборг с Ладогой,
не содержат доказательств того, что это название существовало в VIII-IX
веках, и не могут подтвердить гипотезу Джаксон Т. о том, что от этого
названия происходит славянское название Ладоги.
Более того, это название известно по сагам и исчезает после XI века.
Это название не известно скандинавским географическим сочинениям. Оно не употребляется и в Хронике Эрика. Хотя Ладога никуда не исчезала. Это означает, что название Альдейгьюборг не было широко распространено среди скандинавов и не все
скандинавы его знали.  Если бы скандинавы основали Ладогу и постоянно там проживали их общины, и они поддерживали тесные контакты со Скандинавией, как нас уверяют норманнисты, такое было бы невозможно. В реальности название Альдейгьюборг было в ходу только у ограниченной группы скандинавов, которые имели контакты с Исландией, где оно и закрепилось в сагах.
Локализация Альдейгьюборга остается проблематичной. Возможно, это была Ладога, но возможно, что это было одно из поселений Приладожья, которое исчезло после XI века, что может объяснять исчезновение этого названия из последующих скандинавских источников.
Варяги, Русь

98. Деревянные мечи из Ладоги

Несмотря на то, что Арциховский давно убедительно показал, что встречающиеся на территории Руси мечи, являются франкскими и нет никаких оснований считать, что они преимущественно принадлежали или завозились скандинавами, тем не менее, норманнисты и, прежде всего, Кирпичников и компания патриотов Скандинавии пытаются превратить все находимые франкские мечи в скандинавские.
В этой связи интересна также коллекция деревянных мечей из Ладоги, которую норманнисты также спешат сделать скандинавской. Уже в работе Давидан И.О.( «К вопросу о контактах древней Ладоги со Скандинавией», 1971) предпринимаются попытки выдать их за предметы принадлежащие норманнам.
«Деревянные мечи, найденные в количестве 21 экз., представляют иногда довольно точные копии так называемых франкских мечей и в ряде случаев можно попытаться определить их тип(учитывая, конечно, условность такого определения)…. Франкские мечи, распространившиеся по всей Европе, уже в VIII-IX вв. как бы потеряли свою этническую определенность и стали общеевропейским международным оружием.
Основной центр изготовления мечей находился в Рейнской области… В Скандинавии сосредоточено большое количество находок подобных мечей; в частности, здесь хорошо известны мечи типа В (конец VII-IX вв. по Петерсену) и особенно многочисленны мечи типа Н (850-950 гг. по Петерсену).
И так как иногда их находят в скандинавских погребениях, то Давидан спешит всех уверить, что они завозились не иначе как норманнами.
В более поздней работе Рябинин приводит описание и прорисовку найденных деревянных мечей в Ладоге.
«Особую категорию деревянных поделок образуют игрушечные воспроизведения оружия (рис. 4).
Известная ранее коллекция ладожских находок насчитывает 25 имитаций мечей и два воспроизведения копий (Штакельберг 1969: 252-254). По данным О.И. Давидан, из 25 ладожских мечей-игрушек семь относятся к горизонту Е3, семнадцать - к горизонтам Е1-2 и лишь одна находка происходит из отложений горизонта Д (Давидан 1971: 140-142). В ходе новых исследований найдено еще 13 мечей и 2 копья (Рябинин 1995: 55-56). Почти все резные поделки происходят из нижнего горизонта ЕЗ (750-830-е гг.) и только один игрушечный меч обнаружен в горизонте Е1 (конец IX - начало X в.)»
(Деревянный мир Ладоги).







Как видим из описания, эти деревянные игрушки относятся к самым ранним слоям Ладоги. Они довольно точно воспроизводят настоящие виды боевых мечей. Он также подтверждает, что по Петерсону эти модели мечей можно
отнести к типам B и Н. В связи с такими настойчивыми попытками норманнистов, выдать все находимые на территории Руси франкские мечи за принадлежащие норманнам, очень хорошим опровержением может служить работа Херрмана, которого вряд ли можно заподозрить в антинорманнизме. Херрман в своей работе «Ободриты, лютичи, руяне» пишет о находках оружия в районе Менцлина:
«В Менцлине, на нижней Пене, к балтийским коммуникациям выходила другая важная внутренняя трасса. Она вела от средней Эльбы и Хафеля, т. е. в конечном счете от земель вдоль среднего Рейна к устью Одера и на Балтику. В более позднее время так называемая Via regia (королевская дорога) пересекала страну от Гамбурга через Мекленбург и Деммин к устью Пене. Этим определялось центральное положение Менцлина, несмотря на сравнительно слабо заселенную округу. С VII в. можно обнаружить политический центр в Гёрке, городище на южном берегу Пене, судя по находкам вооружения и снаряжения, занятом воинами. Напротив, на северном берегу реки с конца VIII в. располагалось поселение ремесленников и торговцев. Некоторые факты характеризуют раннее значение этой переправы через р. Пене уже в VII в. Примечательна находка однолезвийного меча, так называемого сакса, с клинком, орнаментированным плетенкой и растительным узором. Близкая параллель ему известна из Хайльфингена в области аллеманов VII в.
Остальное оружие, шпоры и предметы торговли относятся к VII-IX вв.; меч с инкрустированной рукоятью и перекрестьем соответствует типам H-I по скандинавской типологии Я. Петерсена, бывшим в употреблении в IX-X вв.; при землечерпальных работах на Пене и ручье Штегенбах были найдены разнообразные боевые топоры, с бородкой и вырезным обухом, и даже глиняное яйцо, редкий в западнославянских областях символ плодородия, из Киева».
Как видим, на торговом пути, который связывал как раз рейнские земли, (откуда вывозили франкские мечи), со странами Балтики и Восточной Европой были найдены и сакс и меч типа H т.е. такого же типа как вырезанные деревянные модели из Ладоги. Также, мы видим, что там же нашли предметы из Киева, что прямо указывает на торговые связи балтийских славян с Русью.
Таким образом, у нас нет никаких оснований считать, что найденные в Ладоге деревянные игрушки мечей были вырезаны именно скандинавами.
Такие же точно мечи носили и южнобалтийские западные славяне. А с учетом того, что письменные источники именно их отождествляют с варягами, мы можем предполагать, что именно они завезли их на Ладогу, а не скандинавы.